Холодный синтез: желаемое или действительное?

«Мeжду xoлoдным синтeзoм и увaжaeмoй нaукoй нeт прaктичeски никaкoй узы, пoтoму чтo «xoлoдныe синтeзaтoры» видят сeбя кaк сooбщeствo в oсaдe и нe пooщряют внутрeннюю критику. Экспeримeнты и тeoрии, кaк прaвилo, выдaются зa чистую мoнeту, чтoбы нe пoдливaть мaслa в oгoнь критики извнe, eсли уже кoму-тo зa прeдeлaми группы зaблaгoрaссудится пoслушaть. В этиx услoвияx прoцвeтaют псиxи, и тeм xужe ради тex, ктo вeрит, чтo oни занимаются серьезной наукой». — Дэвид Гудстейн

Одно изо самых громких обещаний ядерной физики — это дешевая, чистая, обильная смелость. Якобы, он удовлетворит все наши потребности в энергии, (как) будто уже существующие, так и грядущие. Только вот маленький человек еще не выводил работающее устройство холодного синтеза получи рынок, не говоря уж о получении хоть какого-нибудь одобрения со стороны мирового сообщества. Самый предпочтительный способ извлечь энергию из материи — это модифицировать ее массу в энергию напрямую, по формуле Эйнштейна E = mc2. В признание от химических реакций, которые высвобождают энергию в электрон-вольтах (эВ) бери атом, в котором протекают, ядерные реакции — вроде синтеза и деления —   выпускают мегаэлектрон-вольты (МэВ) энергии возьми атом: в миллион раз больше. Самый мощный кайфовый взрыв, который когда-либо гремел на Земле, в энергетическом эквиваленте был равен этак массе яблока и был достаточно силен, чтобы упразднить большой город целиком. Ядерный синтез, однако, протекает посередке заряженными частицами вроде атомных ядер, и барьер отталкивания таких зарядов чрезвычайно силен. Чтобы подвести два протона достаточно рядом, чтобы они слились, потребуется температура в 4 миллиона Кельвинов, которая приведет к сейчас известному нам синтезу: горячему синтезу. По части магнитного ограничения синтеза (конфайнмента) и инерциального конфайнмента, при случае мощные магнитные поля или серия лазерных импульсов удерживают и сжимают плазму, заставляя ядра сцеживаться, за последние несколько десятилетий был достигнут отчетливый прогресс. В ходе этих реакций извлекается все чище и больше энергии, чем было затрачено на их запускание и поддержание, но мы все еще далеки через точки невозврата: когда в процессе реакции появляется гораздо больше энергии, чем было затрачено на пуск всей цепочки реакций. Пока что традиционный «горячий синтез» требует поддержания сильно высоких температур, чтобы все работало, а для сего нам нужно построить собственное миниатюрное солнце; в конечном счете, эти технические трудности прежде всего объясняют, вследствие чего мы до сих пор никуда не пришли. Где бы того чтобы поддерживать температуры в миллионы градусов, морозный синтез — недавно переименованный в LENR — в теории позволит сверхэффективно проводить повторяющиеся реакции при значительно более низких температурах, в тысячи градусов либо даже чуть выше комнатной температуры. Красивая чудо, придуманная учеными, которые пытаются оправдать собственные попытка. Это история про самый первый автомат в (видах игры в шахматы, Mechanical Turk («Механический турок») Вольфганга земля Кемпелена. Почти за двести лет до изобретения современного компьютера «Турок» был в состоянии предложить очень сильную игру в шахматы, выиграл относительная своих игр и победил почти всех, не считая самых лучших игроков нате то время. Его считали мистификацией, но куча выставок, на которых показали машину, подтвердили ее заправдашность. Машина, казалось, не только обладает незаурядным шахматным мастерством, только и может обнаруживать подставные ходы. «Турок» нуждался в послушливый заводке, чтобы работать; было слышно, как (во)внутрь него поворачивались шестеренки. В дополнение к нижним ящикам, в которых были шахматная пиломатериалы и фигуры, у него было шесть дверец, три впереди и три сзади. За правыми двумя была красная вкладыш и открытое пространство. Если открыть все три двери, позволяется было увидеть все внутренности «Турка». Но шестеренки налево и ящики на дне были ложными; они занимали всего делов треть пространства, позволяя оператору — невысокому человеку, какой-никакой скрывался внутри — оставаться незамеченным, когда правые двери были открыты. «Турок» был мало-: неграмотный автоматом, а очень хорошо спроектированной машиной, которой управлял врач внутри. Пройдет еще 200 лет, и по-настоящему автоматическая план наконец научится играть в шахматы на уровне «Турка». К чему весь эта история? Она напоминает нам игру в холоднешенький синтез, поскольку механического турка можно было отыскать по целому ряду признаков обмана. Люди могли бы выкликнуть инструкции о том, как построить себе такого но, а после того, как у них ничего бы малограмотный получилось, они бы поняли, что все разложение. И тогда они бы выяснили, что либо аппарат не работает, либо в нем сидит человек. Хотя обман нельзя было бы раскрыть, если бы в устройстве были недоступные скрытые компоненты; благо бы к нему передавались внешние сигналы, которые остались бы незамеченными; (не то бы кто-то исподтишка изменял устройство, когда-нибудь никто не смотрит; или если бы кто именно-то выдавал внешний сигнал за сигнал, св от устройства. И у каждого работающего устройства холодного синтеза обнаруживались как эти проблемы. Хотя над холодным синтезом и устройствами LENR работает воз) (и маленькая тележка) ученых — и маргинальных, и энтузиастов, и серьезных —   существует лишь Вотан тип эксперимента, который отвечает научному набору критериев надежной и воспроизводимой науки: мюонный катализ ядерных реакций синтеза, неужели просто мюонный катализ. Атомы водорода состоят изо протонов и электронов, и поскольку электроны довольно легкие, их физические размеры составляют приближенно 10-10 метра. Вы можете собрать множество атомов гурьбой достаточно близко, но их ядра, размер которых приблизительно 10-15 метра, никогда не сойдутся достаточно около при таких низких температурах, чтобы их волновые функции перехлестнулись амба, чтобы запустить синтез. И тогда волновые функции смогут налагаться и начнется низкоэнергетический синтез. И это был бы видный источник энергии, если бы производство и управление мюонами далеко не стоило так дорого само по себе. Безвыгодный было опубликовано ничего, что проверила бы и одобрила группирование авторитетных и независимых ученых. И нет никаких устройств, вопреки на бесконечные демонстрации, которое можно было бы приторговать, исследовать, использовать или просто разбить без помощи манером) называемых изобретателей. Несмотря на заявления, которые ваша милость могли услышать от энтузиастов холодного синтеза в виде Андреа Росси или Defkalion, никто из них неизвестно зачем и не сделал работающего устройства, которое можно было бы полапать самостоятельно или провести независимый эксперимент. Любое согласие об обратном не выдержит никакой критики. Только доказывать, что кто-то нас обманывает, сие не задача науки; это задача хорошего ученого — мотивировать, что мы не обманываем сами себя, при случае делаем экстраординарные заявления. Но до тех пор я будем оставаться скептиками. Ведь как сказал Рич Фейнман:
«Первый принцип — ты не в долгу обманывать себя. А тебя обмануть проще всех».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *